В прошлом году в «ВПК» была опубликована серия статей, посвященных реформаторскому зуду чиновников Министерства обороны, которые выводили руководство ведомства на решения, разрушавшие и систему военного образования, и исследовательскую деятельность.

Известные ученые отмечали, что непрерывная реформаторская чехарда, начатая в период сердюковских реформ и продолжающаяся в настоящее время, уже привела к необратимой потере значительной части опытных исследователей и профессорско-преподавательского состава, ликвидации школ, создававшихся десятилетиями, лабораторных баз. Было среди публикаций и открытое письмо секретарю Совета безопасности и министру обороны. Губительные для военной науки и образования решения чиновников излагались на примере судьбы до недавнего времени самого крупного, известного в стране и за рубежом 4-го ЦНИИ. Это институт, выросший вместе с ракетно-космической промышленностью и во многом предопределивший те достижения отрасли, которыми мы гордимся. В период с 2009 по 2011 год институт пережил четыре глобальные реорганизации – сокращения, переподчинения, слияния, передача подразделений в другие ведомства. Главное, что этим дело не закончилось – и по сей день научно-исследовательская база Минобороны РФ находится в состоянии постоянной реорганизации. Во всяком случае те подразделения, которые связаны с ракетно-космическими программами. Ученые взывали к разуму тех, от кого зависела судьба военной науки: прежде чем что-то решать и торопливо воплощать решенное в жизнь, подумайте и проанализируйте ситуацию.

И вот пришел из Министерства обороны долгожданный ответ за подписью начальника штаба РВСН И. Ревы. Начало стандартное: «Ваше обращение… рассмотрено в Министерстве обороны Российской Федерации». Дальше, как водится, о святом: «Президентом Российской Федерации В. В. Путиным поставлена задача общегосударственной важности «…восстановить потерянные компетенции военных институтов, интегрировать их с развивающейся системой военного образования». Это требует от руководства Минобороны России поиска новых подходов к проведению необходимых преобразований, через которые стало бы возможным довести качество военного образования и проведения научных исследований до уровня современных мировых требований».

В переводе с чиновничьего на общечеловеческий язык написанное означает, что вся уже состоявшаяся организационная чехарда – это «поиск новых подходов», осененный волей Верховного главнокомандующего. Исполнители, разумеется, ни при чем, но они стараются:

«Одним из таких шагов рассматривается возможность создания крупных профильных образовательно-научных центров видов и родов войск Вооруженных Сил Российской Федерации, в которых последовательно может быть реализована поставленная выше задача». То есть курс на «крупные и профильные» даже не обсуждается, ибо альтернативы им не названо. Но следом: «В настоящее время проводится анализ возможностей государства по финансовому обеспечению данного проекта, оцениваются различные варианты интеграции структур, имеющих различную целевую направленность решаемых задач, проводится поиск оптимальных решений по восполнению кадрового и научного потенциала будущего комплекса». Возможностей у государства, чего лукавить, сейчас стало куда меньше, нежели год или два назад, и велика вероятность того, что разрушить оставшееся средств хватит, а на воплощение гениальных централизованных проектов уже нет. И что тогда?

Тогда и проинформируют тех, у кого дело всей жизни чиновники превратили в собственные игрушки: «По результатам указанной работы будет принято окончательное решение о создании образовательно-научного центра Ракетных войск стратегического назначения».

У получателей ответа возникли новые вопросы.

А что, до настоящего времени никто не оценивал, во сколько уже обошлось и сколько понадобится средств для передислокации НИИ и академии в «чистое поле»?

Кто все-таки будет осуществлять «поиск оптимальных решений по восполнению кадрового и научного потенциала будущего комплекса»? Те же самые чиновники или экспертные комиссии, в которые войдут настоящие специалисты-профессионалы?

Вообще-то ответ, не несущий информационной нагрузки и никак не отвечающий на заданные вопросы, называется отпиской. И если он направляется тем, кто реально занимается военной наукой, то напрашивается мысль о реорганизации. Но начинать ее нужно не с научных структур.

Арсений Гришин

Источник: vpk-news.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Top Яндекс.Метрика