Год назад мы вышли из колонии. 23 декабря.

Говорят, тюрьма консервирует. Сохраняет. Некоторые женщины-заключенные уверяли меня, что если сесть в двадцать и выйти в тридцать, ты выйдешь двадцатилетней внешне. Не знаю, кому-то и помогает. Мне такие косметологические рецепты не подошли. Свои первые седые волосы я встретила в московском СИЗО в 2012 году, а в лоб в тот год вросли мужские морщины — главным моим ответом на все стали поднятые брови.

Внешне я не законсервировалась. Зато законсервировалась внутри. Законсервировалась по-хорошему — мы оказались в стороне от одолевшей многих хандры и разочарования. И мне, и Маше потребовалось много месяцев на свободе, чтобы понять, почему все вокруг такие хмурые. Когда мы садились в начале 2012-го, все бегали с шарами и лентами, и где-то посреди улиц Москвы люди митинг за митингом пытались поймать то опьяняющее, что называется надеждой и солидарностью.

Когда мы освободились спустя два года, главный вопрос к нам был такой:
— А вы собираетесь уезжать из России?
— Нет, не собираемся.
— И не страшно?

А мы не понимали, почему должно быть страшно. Мы счастливо пропустили два года тех самых «звеньев гребаной цепи» ™, и только в промежутках между швейной машинкой и копанием рвов читали о них в прессе. Мы вышли, и мозги наши были настроены все еще на полное надежд начало 2012 года.

Поэтому весь суровый 2014-й год мы мы вели себя вполне самонадеянно, по-младенчески самонадеянно.

Мы поехали делать акцию на Олимпиаду в Сочи. Просто собрали балаклавы в рюкзак и поехали. Нам все говорили, что нас даже не пустят в город, а нам целый клип удалось записать. Ценой десяти столкновений с органами и шести задержаний за три дня, правда. 

Пока все живое блокировали и закрывали, мы открыли zona.media. И пишем про суды, тюрьмы и преступления в погонах. Пока живы. 

Вот так несвобода конвертируется в свободу. Если проведенные в тюрьме пара лет спасли нас от «разочарования в протесте», то спасибо этим годам.

Фото в тюремных робах, снятое спустя пару дней после нашего освобождения в 2013 году, прилагается.

P.S. Когда я вышла из колонии, я пообещала, что глава тюремной службы в Мордовии, генерал Симченков, будет снят с должности. Так вот, он снят.

Надя Толоконникова

Источник: rosbalt.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Top Яндекс.Метрика