Случилось это весной 1852 года. Отважного наиба не смогли захватить живым триста казаков и милиционеров. Хаджи-Мурат и пятеро абреков отбивались до последнего. Эта сцена подробно описана Львов Толстым в повести «Хаджи-Мурат». Убив наиба, военные смогли пленить только его голову. Тело горца похоронили неподалеку от этой битвы, а отрезанную голову увезли в Петербург. Тогда говорили, что для научных работ профессора Николая Пирогова в Военно-медицинской академии. Но прошло уже 162 года.

Показателен сам факт того, что Лев Толстой столь подробно заинтересовался именно образом Хаджи-Мурата – наиба Шамиля, а не, например, образом самого имама или других героев кавказского сопротивления XIX века. Судьба наиба пронизана множеством характерных для русско-кавказских отношений противоречий, богато иллюстрируя всю их сложность. Непростыми русско-кавказские отношения остаются до сих пор. Доказательством тому служит череп Хаджи-Мурата на долгие годы ставший заурядным музейным экспонатом Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого Российской академии наук. Почти таким же образом обычными экспонатами становились черепа древних людей найденных археологами. Но там речь шла о загадочной древности, а здесь – об исторической личности и гордости Кавказа. 

Хаджи-Мурат прожил 36 лет. В течение жизни успел послужить имамату и Российской империи. В 20-летнем возрасте российские власти назначили его управляющим Аварии, но уже через четыре года, став жертвой интриг, он перебежал к Шамилю, став на десять лет его правой рукой. Но и здесь он столкнулся с проблемой — жену и детей Хаджи-Мурата пленили свои же, после чего наиб вновь возвращается на службу русскому царю. Он хотел только одного – вернуть своих родных, возлагая надежды на русских. Поселился в Тбилиси, общался с представителями царской администрации, но, как говорят, стороны не доверяли друг другу. Царские генералы хотели увлечь непокорных горцев примером наиба имама, перешедшего на их сторону. Возвращать Хаджи-Мурату его жену и детей русские генералы не спешили. Сам Шамиль ответил на письмо Хаджи-Мурата не без высокомерия и коварства: если уж ты оказался предателем, то этого не должно произойти с твоей семьей, которая находится там, где и должны быть настоящие горцы.

Было отчего Хаджи-Мурату впасть в отчаяние. В один из апрельских дней ему надоело дожидаться обещанного содействия и он решил освободить семью самостоятельно. Вот как этот день описал Лев Толстой: «Хаджи-Мурату было разрешено кататься верхом вблизи города и непременно с конвоем казаков. Казаков всех в Нухе была полусотня, из которой разобраны были по начальству человек десять, остальных же, если их посылать, как было приказано, по десять человек, приходилось бы наряжать через день. И потому в первый день послали десять казаков, а потом решили посылать по пять человек, прося Хаджи-Мурата не брать с собой всех своих нукеров, но 25 апреля Хаджи-Мурат выехал на прогулку со всеми пятью. В то время как Хаджи-Мурат садился на лошадь, воинский начальник заметил, что все пять нукеров собирались ехать с Хаджи-Муратом, и сказал ему, что ему не позволяется брать с собой всех, но Хаджи-Мурат как будто не слыхал, тронул лошадь, и воинский начальник не стал настаивать…»

Закончилось для всех все трагично. Хаджи-Мурат и нукеры решили оторваться от казаков. В итоге завязались пальба и резня. Из казаков выжил один, по фамилии Мишкин. В погоню за бежавшими горцами бросились около сотни казаков и милиционеров, затем подоспели «Гаджи-Ага мехтулинский с своими людьми. Их было человек двести». С такими силами, естественно, Хаджи-Мурат и его пять нукеров долго продержаться не могли, но и живыми решили не сдаваться. Триста человек смогли одолеть шестерых обороняющихся. Погиб и Хаджи-Мурат и его джигиты. После этого, читаем мы в повести Льва Толстого, «…Гаджи-Ага, наступив на спину тела, с двух ударов отсек голову и осторожно, чтобы не запачкать в кровь чувяки, откатил ее ногою…». Происходило это на территории современного Азербайджана в селе Онджалы.

Заспиртованную голову наиба увезли в Тбилиси, в ставку кавказского наместника. Здесь ее выставили в анатомическом театре, а затем переправили в Петербург, профессору Николаю Пирогову. После Военно-медицинской академии, череп наиба перевезли в Кунсткамеру, Музей этнографии и антропологии имени Петра Великого.

В начале нынешнего года в Москве вышла книга известного российского историка и писателя Рудольфа Иванова «Правда о Хаджи-Мурате». Автор пытается донести до читателя простую мысль – не может цивилизованная страна хранить череп одно из самых почитаемых на Кавказе героев в музейных подвалах. Череп необходимо захоронить в той могиле, в которой находится тело Хаджи-Мурата. «Было документально установлено, что Хаджи-Мурат похоронен обезглавленным, — рассказывает Рудольф Иванов.

– Раскопкой могилы занимались специалисты по решению специальной комиссии правительства Азербайджана. Я тоже был на могиле и, как и многие, молился на ней. Месяц целый комиссия работала и доказала, что это настоящая могила Хаджи-Мурата. Потому что у него была левая нога сломана. А его ведь не хоронили, а как скотину бросили в могилу. И в яме эта нога легла согнутой и было видно, что она была высохшей».

— Рудольф Николаевич, как вы считаете, где лучше захоронить череп наиба, ведь прозвучали разные предложения?

— Власти Дагестана попытались забрать из питерского музея череп Хаджи-Мурата для захоронения в Хунзахе – на родине наиба. Там даже в 2012 году открыли камень памяти Хаджи-Мурата. У меня очень хорошие отношения со многими политиками и чиновниками в Дагестане, особенно с главой республики Рамазаном Абдулатиповым, но я категорически выступил против захоронения черепа там. Нельзя, чтобы тело и череп были захоронены в разных местах.
Но лучшим был бы вариант, если бы тело Хаджи-Мурата перезахоронили на видном месте – об этом я говорил с главой исполнительной власти Шекинского района. Сейчас могила находится почти в глухом отдалении, мало кто до этого места добирается из гостей. В Шеки есть Дворец ханов – великий памятник культуры. Рядом можно было бы похоронить Хаджи-Мурата – уже с черепом. А потом, я считаю, одна страна может обратиться к другой стране с просьбой о перезахоронении Хаджи-Мурата на его родине, в дагестанском селе Хунзах. И это будет красиво!

— Но ведь пока музей не собирается отдавать свой экспонат под названием «Череп Хаджи-Мурата»?

— Его не показывают людям! Важно, чтобы этим вопросом занимались на высоком уровне и тогда руководство музея непременно отдаст череп для захоронения. А пока оно выдвигает нереальные требования – обследовать останки царской семьи оказалось гораздо проще, чем череп наиба.

У Рудольфа Иванова немало единомышленников. Есть мнение, что упокоить легендарного кавказца должны там, где находится сегодня его обезглавленное тело – в Азербайджане.

Не пора ли предать земле череп человека, о котором на Кавказе по-прежнему слагают легенды? До каких пор череп столь значимой для Кавказа исторической фигуры будет оставаться заурядным экспонатом в музее? «Вестник Кавказа» адресует этот вопрос официальным лицам в Минкульте России и неравнодушной части общественности.

Олег Кусов

Источник: vestikavkaza.ru

Leave a Reply

Top Яндекс.Метрика